Безмерно жаль

19 января 2017 - mayak
Безмерно  жаль
ФОТО: news.ykt.ru


- Заходите, девочки, побыстрее! Смелее, смелее! Доктор скоро начнёт, - бодро подгоняла нас крепкого телосложения женщина в белом халате. - Проходите дальше, прямо за спину врача. Да не толпитесь у головы пациентки! Не мешайте работать анестезиологу. Видите, наркоз уже введён, а завотделением начинает операцию,- продолжала она.

- Здравствуйте, девочки! Были уже на операциях? Да?! Ну, вот и хорошо. А  сегодня вы, значит, присутствуете на хирургическом прерывании беременности, то есть аборте. Как вы, наверное, знаете, аборт представляет собой удаление плодного яйца из полости матки, после чего проводится выскабливание её стенок, - как-то безразлично и одновременно очень буднично проговорил  усатый врач в голубом костюме, закрытом длинным клеёнчатым фартуком, и необычно длинных, по самый локоть, латексных перчатках, располагаясь  на низеньком крутящемся табурете. 

- Итак, нашей пациентке 30 лет, срок беременности почти 12 недель. Ей уже введён общий наркоз. Анестезиолог следит за её состоянием, а именно: работой сердца и функцией дыхания. Все мышцы тела пациентки находятся в расслабленном состоянии. Болевые ощущения полностью отсутствуют, - всё на той же ноте, словно читая лекцию, продолжал он.

- Вставайте за мной. Так. Начинаем по порядку проводить все необходимые манипуляции… Расширяем… Подтягиваем… Начинаем удаление,  затем выскабливание…. 

- Заметьте, девочки, всё это надо сделать как можно тщательнее, чтобы впоследствии избежать развития воспалительного процесса и послеоперационных осложнений. Как знать, вдруг наша пациентка однажды всё же захочет, наконец, родить?! – на секунду на его лице мелькнула горькая усмешка, и вновь его вид стал серьёзно-сосредоточенным -  Насколько помню, родов у неё не было, а аборт уже не первый. При этом всё больше и больше истончаются стенки её детородного органа, что лично у меня уже вызывает сомнение в возможности нормального вынашивания и родов для данной пациентки, - продолжал он свою лекцию. 

Молоденькие медсестрички в новеньких белоснежных халатах и кое-как наспех завязанных шапочках с некоторым испугом сторонились подальше от гинекологического стола и усатого врача, больше похожего в своём большом фартуке на какого-то мясника, но кто-то из самых смелых стоял и вплотную к нему. 

- К тому же при подобных операциях высок риск прободения истончившейся от абортов стенки матки. И тогда её удаления не избежать. Также имеется риск послеоперационных кровотечений. Мы же всего этого с вами постараемся избежать. Хотя она знала, на что идёт, - безразличие в его голосе сменилось на раздражение с нотками горечи. А мы растерянно сбились в кучку и пытались уследить за привычными, доведёнными до полного автоматизма движениями его рук.

Те из нас, кто побойчее, с интересом наблюдали происходящее, кто-то незаметно отводил глаза  от  неприятной  картины, а кто-то внимательно изучал лицо пациентки, на котором то и дело мелькали гримасы то ли тревоги, то ли ужаса. 

Но вряд ли кто на самом деле понимал суть происходящего. В тот момент всё было просто. Просто удалялся ненужный плод чьей-то жизни. Будто часть чего-то, мешающая всему быть прежним. Это что-то было словно без души, и без жизни, и, соответственно, без права на жизнь…

- Вот сейчас смотрите внимательнее. Пошли части плода. Вот видите ножки, а это верхняя часть.

- Где? Где? Мы не видим!

- Значит, в другой раз увидите! Специально для вас материал разбирать не будем, - в некотором раздражении сказал врач в забрызганном кровью фартуке. Студентки  разочарованно побрели на выход.

К счастью, больше нас в ту больницу на практические занятия не посылали.

И хотя за годы учёбы мы  увидели множество различных процедур, тяжелых и не очень операций, и даже вскрытие в соседнем морге, но именно тот день из всего курса обучения в медучилище навсегда остался в памяти. И вспоминается всегда с ужасом и стойким непониманием того, как это всё произошло в нашей жизни?! 

Ведь в тот день мы присутствовали на официальном убийстве. Нежданно-негаданно наша группа студентов-третьекурсников вдруг стала молчаливым свидетелем преступления против не нами дарованной жизни. Фактически узаконенной  казни за чужие грехи невинного, безгрешного, беспомощного, но всё чувствующего и многое уже понимающего человечка.

Свидетели. А может, соучастники?! Ведь будучи на той операции, мы невольно соглашались со всем происходящим  как и все те, кто её проводил, готовил, направил, разрешил, бросил, не поддержал, не остановил... 

Конечно, в то время мы ещё плохо понимали, что же там всё-таки происходит. Молоденьких студенток переполняло желание побольше увидеть, поскорее овладеть этим, как нам тогда казалось, ремеслом. Но и оно порой требует огрубевшего сердца и убитой совести. И глупые девчонки бездумно марали свои юные души, делая их ущербными навсегда.

А может, увиденное тогда всё же тронуло кого-то и смогло предостеречь от  подобного страшного шага?! Бог весть…

Много лет спустя, вступив на нелёгкий путь материнства, на путь боли, страданий, тревог и  горьких потерь, когда не по нашей воле у нас порой отбирается самое желанное, самое дорогое в этой жизни, мне иногда представляется крохотная ручка, словно зовущая всех  на помощь и безнадежно тонущая в кровавой реке.

А ещё порой  вспоминается та женщина, нежданно-негаданно оставившая неизгладимый страшный след в жизни бывших студенток. И мне становится всех безмерно жаль. 

Нинель Лазарева  
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Авторизация

Логин:
Пароль:
Забыли пароль Регистрация